Сопернице

Морана — Виргинии

Радуйся, детка. Гуляй, веселись и пей жизнь взахлеб.
Это у смертных век короток — нож в сердце и пуля в лоб.
А у тебя есть вечность — темный полет и немой озноб.
Золото и блестит — до тех пор, пока мы не ставим проб.

Пустота в моем сердце — мнимая полнота и любовь в твоем.
Холодны у беды глаза, хоть далека, пахнет медом и миндалем.
Набираешь побольше воздуха, ныряешь в таинственный водоем.
Падаешь до одиночества. Глубже — до одиночества, что вдвоем.

Изучаешь черты до морщинки — единственный бог и твой тайный культ.
Раскрываешь себя и сжимаешь года до недель, секунды растянутся до минут.
Слушаешь чутко: не позовут ли по имени? Позовут, ну конечно же, позовут.
Он поселился внутри, под кожей, и эта связь крепка — не разрубят, не разорвут.

Когда опустеет твой храм, высохнет масло, все по углам обратится в сор,
Ангелы, певшие ладно, вдруг потеряют слух и сольются в нестройный хор,
Ты ждешь его взгляда, а ловишь — там ни добра, ни огня. Только немой укор.

Когда за «люблю» ты получишь пощечину, поймешь, что такое боль.
Ты не боишься пустого зала? К лицу ли костюм, идет ли чужая роль?
Что загрустила, девочка? Улыбайся, пока тебе улыбается твой король.

9/09/2013 — 12/09/2013

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *